Неадекватность Сида проникала всё больше в его жизнь. То, что было забавным и интересным для окружающих в один момент превратилось в отпугивающее и бездонное. Прежний Сид таял на глазах. Стала страдать и деятельность в группе. Неявка на репетиции и выступления, отказ выходить на сцену, неадекватное состояние стали частыми гостями. Бывали случаи, когда перед самым выходом на сцену Сида пытались "вернуть в себя", но тщетно.

Группе приходилось несколько раз брать "отпуска", комментируя прессе, что Сид переживает нервное истощение. Не могли не заметить что что-то пошло не так и поклонники группы. Выходя на сцену Сид зачастую играл что-то невпопад так, что группа никак не могла подстроится под него. Часто он выходил к микрофону не в состоянии произнести ни звука. Вместо него песни исполняли остальные участники группы, пытаясь представить всё так, будто "ничего не произошло".

Некоторые считали, что Сид просто-напросто лишком индивидуален, чтобы его могли понять окружающие. Но неадекватность уже давно стала болезненной. Психическое состояние Сида вызывало большое опасение. Группа никак не могла выйти на нужный уровень. Сид тянул всех назад: пропадали концерты, пропадали тысячи фунтов стерлингов. Так продолжаться больше не могло. Несмотря на то, что Сид был автором многих песен, в группе уже давно ходили разговоры о том, что Сид тянет всех на дно. Те не менее, поклонников у Сида было множество. По счастливой случайности, даже образ невменяемого наркомана с растрёпанными волосами и замазанными гримом синяками под глазами шёл ему.

У Сида часто пытались взять интервью, но ничего дельного из этого не выходило. Всё его окружение отмечало, что проблемы с выражением своих мыслей имели место. Из последнего, что удалось "выжать" из Барретта были слова:

«Наверное, обо мне сложно говорить. У меня очень беспорядочные мысли. И в любом случае я не тот, кто вы думаете».

Другой журналист, корреспондент британского отделения «Rolling Stone» рассказывал о своём интервью с Сидом:

«Всю встречу он просидел, уставившись в верхний угол комнаты и уныло повторяя: «Да, чувак, да. Отлично. Угу. Да.» Я попытался разговорить Сида на темы его песен, но получал ответы в том же духе, пока он наконец отстранённо спросил: «Посмотри, видишь людей на потолке?» В конце концов, я отправил статью в корзину.»